Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бепьзене
// «Правда» № 234 (10005) от 29 9 1945 г. [4]
ЛЮНЕБУРГ, 29 сентября. (ТАСС). В первой половине 11-го дня процесса заканчивался допрос очередной свидетельницы Зонштейн. Свидетельница рассказала о подсудимом Вейнгартнере, который бил и морил голодом заключенных в Освенциме и Бельзене, о подсудимом Гесслере, который отправлял людей в крематорий, стрелял и вешал и который, в частности, велел повесить 4 девушек, замышлявших подорвать крематорий.

После обеда прокурор полковник Бекхауз вызвал нового свидетеля. Перед судом предстал мужчина лет 45 с утомленным лицом, запавшими глазами. На вопросы прокурора, свидетель ответил, что его зовут Фриц Лео, что он немец по национальности и что г 7 февраля 1944 г. он работал врачом в лагерной больнице.

Появление этого свидетеля вызвало беспокойство на скамьях подсудимых.

Прокурор спрашивает о санитарном состоянии Бельзенского лагеря. Д-р Фриц Лео рассказывает: бараки были в неописуемом состоянии. Грязь и нечистоты нарастали до метра в высоту. Крыша протекала. Стены продувались ветром. В больницу не давали никаких медикаментов.

— Имелся ли в лагерной больнице операционный стол? — спрашивает прокурор.

— Простая деревянная скамейка вместо операционного стола, — отвечает д-р Фриц Лео. — Однако операции делать и не приходилось: не было ни инструментов, ни необходимых медикаментов. Люди умирали от голода и болезней, умирали от огнестрельных ран. Отчаявшиеся пытались убегать. В них стреляли. Заключенных косил туберкулез, дизентерия, тиф. Вши размножались в неисчислимых количествах, и бороться с ними было невозможно — не было ни белья, ни воды. Трупы сначала сжигали в крематории, но пропускная способность печей была столь низкой, что их стали сжигать на кострах. И всё-таки не справлялись. Трупы валялись повсеместно, разлагаясь и распространяя заразу.

Прокурор интересуется, как было поставлено питание заключенных в Бельзенском лагере. Фриц Лео отвечает, что рацион был рассчитан так. что даже здоровый человек должен был погибнуть в течение нескольких недель.

Далее д-р Лео рассказывает, как эсэсовцы расстреляли английского военного моряка Мейера. Этот моряк был тяжело болен гифом и лежал в госпитале. Неожиданно появился лагерный врач СС Хорстман. Он осмотрел Мейера и велел отнести его в комнату блокфюрера. Вечером Мейер был застрелен.

Об утренней перекличке заключенных д-р Лео говорит, как об одном из способов ускорения их гибели. На перекличках умирали от побоев, от стояния на коленях с поднятыми руками. Наконец, не всякий мог выстоять 5–6 часов на холоде под дождем или на морозе. На каждой поверке умирало 10–15 человек.

Рассказ д-ра Лео слушается в полной тишине. Слушатели потрясены и с негодованием смотрят на тех, кто выполнял преступные планы заправил гитлеровской Германии по уничтожению миллионов людей.

Лео сообщил суду о том, что ведомство Гиммлера приказало построить в Бельзене под землей газовые камеры. Выполнить этот приказ помешал полный разгром гитлеровской Германии.