Избрание в Финляндии членов суда и назначение следственной комиссии по делам об ответственности за войну
ХЕЛЬСИНКИ, 15 сентября. (ТАСС). 13 сентября были избраны 12 членов суда по делам виновников войны. От Демократического союза народа Финляндии (ДСНФ), от социал-демократической партия избраны по три члена суда и по три их заместителя. От аграрной партия также избраны три члена суда и три их заместителя, от прогрессивной партии — 1 член суда и 1 его заместитель, от шведской народной партия — 1 член суда и 1 заместитель, от коалиционной партии — 1 член суда и 1 заместитель.

Кроме того, в состав суда по делам об ответственности за войну на основании закона входят в качестве председателя — президент Верховного суда и в качестве членов — президент Верховного административного суда и один профессор юридического факультета Хельсинкского университета, избираемый (так же, как и его заместитель) факультетом университета.

Как сообщают столичные финские газеты, государственный совет создал 13 сентября Следственную комиссию по делам о виновниках войны. Председателем этой комиссии назначен советник юстиции Онни Петяюс. В своем заявлении он сообщил: «По закону о наказании виновников войны лицо, решающим образом содействовавшее вступлению Финляндии в войну в 1941 г. против Советского Союза или Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, или во время войны препятствовавшее заключению мира, присуждается за злоупотребление своим служебным положением к установленному законом наказанию. Государственный совет создал особую Следственную комиссию для производства предварительного расследования в целях возбуждения иска против виновников воины. Это расследование в первую очередь будет касаться действий, учиненных в период между московским миром и соглашением о перемирии.

Комиссия в своей работе будет пользоваться необходимыми письменными материалами, а также устным опросом тех лиц, которые ей могут дать те или иные разъяснения по делам о виновниках войны. Расследование проводится объективно, независимо от партийной принадлежности, и справедливо, на основании существующих постановлений о предварительном судебном следствии и согласно добрым обычаям судебной практики.

Расследование должно быть проведено чрезвычайно быстро, так как при этом необходимо будет обращаться к различным организациям, опросить многих лиц и собрать обширный письменный следственный материал. Все это не позволяет заранее установить день окончания следствия».

// «Правда» № 220 (9991) от 16.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Азиатские /
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Самоубийство японских деятелей
ЛОНДОН, 14 сентября. (ТАСС). Как передает токийский корреспондент агентства Рейтер, сегодня покончил с собой министр здравоохранения в кабинете Тодзио Цикахико Кондзуми. Самоубийство произошло спустя несколько минут после того, как японское правительство заявило американским оккупационным властям, что оно готово передать им всех лиц, перечисленных в списке военных преступников.

ТОКИО, 14 сентября. (ТАСС). Сегодня в Токио покончил с собой выстрелом в сердце генерал Тейици Хасимото.

ЛОНДОН. 14 сентября. (ТАСС). По сообщению токийского корреспондента агентства Рейтер, министр просвещения в кабинете генерала Тодзио Кунихико Хасида принял сегодня яд и, как говорят, находится «в серьёзном состоянии». Хасида значится в списке военных преступников, опубликованном генералом Макартуром.

// «Правда» № 218 (8828) от 15.09.1945 г.
Суд над Квислингом
ЛОНДОН, 31 августа. (ТАСС). Корреспондент агентства Рейтер в Осло передает, что на возобновившемся сегодня после перерыва суде по делу Квислинга выступил с речью общественный обвинитель Шьедт.

Перед речью обвинителя Квислинг разразился жалобами на дурное обращение с ним. Он выразил недовольство тем, что в тюрьме он потерял в весе. Судья заметил на это, что с пленными в концентрационных лагерях по всей Норвегии квислинговская полиция обращалась значительно хуже.

Общественный обвинитель указал, что, согласно показаниям свидетелей, Квислинг вел еще до германского вторжения в Норвегию предательские переговоры с немцами. Квислинг сотрудничал с врагом в годы оккупации. «Подсудимый, — заявил Шьедт, — виновен в самой невероятной в истории Норвегии государственной измене». Квислинг не только помогал немцам в их агрессии против Норвегии, а фактически подстрекал их напасть на Норвегию, чтобы осуществить свою мечту и сделаться норвежским «фюрером».

// «Правда» № 209 (9980) от 01.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Суд над Квислингом
Суд над палачами гитлеровского концлагеря в Бельзене Речь государственного обвинителя
БЕРЛИН, 18 сентября. (ТАСС). На происходящем в Люнебурге судебном процессе Иосифа Крамера и 44 эсэсовцев — начальника и бывших надзирателей гитлеровского концлагеря в Бельзене с большой речью выступил государственный обвинитель полковник Бэкхауз.

— По прибытии а концлагерь Бельзен, — сказал обвинитель, — британские войска обнаружили там 13 тысяч трупов. Несмотря на все усилия врачебного персонала союзников, в течение 6 недель после освобождения в лагере умерло от истощения и болезней еще 13 тысяч бывших заключенных. 11 тысяч заключенных были помещены в больницы. В одном из отделении лагеря средняя продолжительность жизни человека, считая с момента прибытия его в лагерь, составляла 12 дней. О масштабах истребления людей в лагере можно судить по тому, что две тысячи заключенных, хоронивших трупы по 12 часов в день, не успевали похоронить все трупы. Наиболее частыми причинами смерти были голод, болезни, расстрел и пытки. Одни свидетель-англичанин, который находился в лагере Бельзен 8–9 дней, получил за все это время только поллитра супа и полкружки воды.

— Ни один из заключенных лагеря, — продолжал обвинитель, — не подвергался суду, все они содержались без какого бы то ни было судебного приговора. Они арестовывались исключительно за принадлежность к той или другой национальности, за религиозные убеждения или просто потому, что были военнопленными.

Следствие показало, что бывший комендант лагеря Бельзен Иосиф Крамер несет глазную ответственность за все ужасные преступления, которые совершались в лагере.

Еще до того, как он был направлен в Бельзен, он в качестве руководителя лагеря Освенцим сжег там 20 тысяч человек. Крамер признался в том, что он добровольно вступил в СС и с момента прихода Гитлера к власти находился на службе в концлагерях.

Помимо Крамера, на скамье подсудимых находятся следующие лица: доктор Фриц Клейн, Петер Вейнгартнер, Георг Крафт, Иоганна Борман, ЭлнАабет Фольфенрат, Эльза Лотте, Гнльда Лобауэр, Николас Еннер, Пауль Штейнметц, Карл Фрацих, Ладислав Гура, Фриц Маттес, Карл Эгерсдорф, Вальтер Отто, Вальтер Мелькнер, Франц Штофель, Вильгельм Дор, Эрнх Барш, Эрих Зоддель, Игнац Шломойвич, Эльза Форстер, Ида Форстер, Клара Опиц, Шарлотта Клейн. Гертруда Зауэр, Иоганна Рот, Анна Хемпель и др.

Все обвиняемые отрицают свою вину. Просьба защиты о том, чтобы дела нескольких обвиняемых рассматривались отдельно, была отклонена. В связи с этим первый обвинитель полковник Бэкхауз заявил:

— Все обвиняемые являются членами одной организации. Они действовали под единым руководством, и в связи с тем, что они принимали участие в совершении злодеяний в Бельзене и Освенциме, все они в равной степени несут за это ответственность.

ЛОНДОН, 18 сентября. (ТАСС). Как передает агентство Рейтер, во второй день процесса в Люнебурге был допрошен свидетель бригадный генерал Льевелин Глин Хьюз, занимающий пост заместителя начальника медицинской службы Британской армии на Рейне. Он заявил, что в апреле этого года, будучи заместителем начальника медицинской службы 2-й английской армии, он прибыл в Бельзен, где тщательно обследовал весь лагерь.

Лагерь, — сказал Хьюз, — был разделен на пять участков. Я спросил, какое число людей интернировано в лагере. Мне сказали, что там находится сорок с лишним тысяч человек, в том числе 28.185 женщин. Я увидел, что у скамей, на которых сидели живые люди, находились трупы. В ряде бараков нары были забиты истощенными людьми. Места было так мало, что они не могли лежать. Возле крематория была масса могил, а за пределами участка находилась открытая могила, полная трупов.

В бараках женского отделения, — продолжал Хьюз, — содержались тифозные больные. Нар там не было. Женщины лежали на полу. Они были настолько слабы, что с трудом могли приподняться. Один из бараков был полностью завален трупами.

Генерал Хьюз заявил, что он видел все ужасы войны, но ему никогда не приходилось видеть ничего похожего на то, что он увидел в Бельзенском лагере.

// «Известия» № 221 (8831) от 19.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Бельзенский процесс
Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бельзене
ЛЮНЕБУРГ, 21 сентября. (ТАСС). Во время четвертого заседания суда в Люнебурге продемонстрирован документальный фильм, показывающий Бельзенский концентрационный лагерь в апреле 1945 года. На экране — лагерный двор, ряды бараков, обнесенных колючей проволокой, по двору едва передвигаются человеческие фигуры. Объектив подводит зрителей ближе к этим людям и показывает их крупным планом. Это уже почти трупы. Они идут, едва передвигая ноги, падают и умирают. Целая группа заключенных вышла погреться на весеннем солнце и расположилась на земле барака. Ни один из них не подает признаков жизни. Мертвые всюду: в бараках на полу, во дворе и в огромной яме за лагерем. А вот еле живые женщины пришли к бассейну за питьевой водой. Они забрасывают ведра и каски в бетонный бассейн. Тут же в бассейне плавает труп.

К приходу английской армии лагерь в Бельзене был забит трупами. На экране отчетливо видно, что у многих трупов вырезаны куски тела. В последние дни хозяйничанья в лагере эсэсовцев людоедство среди голодных заключенных было обычным явлением. Выступивший на суде после демонстрации фильма свидетель, английский учитель Друллинец, показал, что он лично наблюдал случай людоедства.

Показаниям этого свидетеля была посвящена вторая половина дня. Свидетель сообщил, что немцы привели его в Бельзенский лагерь 5 апреля 1945 года. Началось с того, что гитлеровцы его жестоко избили палкой по голове за попытку прилечь на кровати эсэсовского охранника. Заключенные спали на полу по 500 человек в небольшом бараке. В первую же ночь в бараке умерло 8 человек, остальных вывели на проверку. Кто не мог держаться на ногах, должен был лежать на холодной, мокрой земле. Проверка длилась обычно 5 часов. За малейшие движения — удары палкой по голове. Есть не давали, работали с утра до ночи по уборке трупов.

Допросом этого свидетеля закончился четвертый день процесса.

// «Известия» № 224 (8834) от 22.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Бельзенский процесс
Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бельзене
ЛЮНЕБУРГ, 22 сентября. (ТАСС). Пятый день процесса начался допросом Ады Бимко, свидетельницы обвинения, бывшей заключенной Бельзенского лагеря. Ада Бимко — врач, польская гражданка. Эсэсовцы арестовали се 4 августа 1943 г. и вместе с 25 тыс. евреев отправили в Освенцим.

На вокзале в Освенциме, — рассказывает Ада Бимко, — женщин с детьми сразу посадили в грузовые машины и отправили в газовые камеры, подавляющее большинство остальных несколько позже также направили в газовые камеры и лишь немногих оставили в бараках. Из 5 тысяч человек, прибывших с Бимко в одном поезде, в газовые камеры было отправлено 4.500 чел., в том числе отец, мать, брат и 6-летний сын Бимко.

Свидетельница показывает, что ее оставили работать врачом в лагерной больнице и она часто наблюдала, как производится сортировка людей. В больнице отбор людей для уничтожения производился следующим образом: больных поднимали с постели и заставляли проходить через комнату, где заседали врачи-эсэсовцы, мужчины и женщины. Слабых сразу отправляли в газовую камеру.

Прокурор спрашивает свидетельницу, кого из врачей, отбиравших заключенных для уничтожения, она знает. Ада Бимко называет имена: д-р Клейн, д-р Рот, д-р Тяло, д-р Кениг и д-р Мегель. Тогда председатель суда предлагает свидетельнице опознать среди подсудимых тех, которые «работали» в Освенциме и Бельзене. Ада Бимко медленно проходит вдоль скамьи подсудимых, внимательно всматриваясь в лица преступников, и уверенно называет: Крамер, Клейн, Фольфенрат, Вейнгартнер, Гесслер, Элерт, Гресе, Коппер, Лобауэр, Борман, Отто Вальтер и др.

Свидетельница останавливается около одного подсудимого, сидящего в первом ряду крайним справа. Это — молодой человек. На вид ему не более 25 лет. Несколько мгновений он смотрит в лицо свидетельнице, но не выдерживает и опускает голову. Свидетельница молчит. Подсудимый опускает голову еще ниже. Тогда Ада Бимко произносит:

— Я не знаю имени этого подсудимого. Он был шефом кухни женского лагеря в Бельзене. На моих глазах он двумя выстрелами в упор застрелил молодую женщину, которая хотела подобрать очистки брюквы.

Ада Бимко обращает внимание суда на подсудимую Борман. Это — старуха небольшого роста, с бегающими маленькими черными глазами. Она была надсмотрщицей и жестоко истязала заключенных. Жертвы этой старухи поступали в больницу и становились пациентами свидетельницы Бимко.

Ада Бимко показывает, что в Бельзене лагерный режим был тяжелым. Однако значительно хуже он стал после назначения комендантом лагеря Крамера. Крамер прибыл в Бельзен в декабре 1944 г., и с этих пор заключенных стали выводить в 3 ч. 30 м. утра на проверку, длившуюся 5 часов. Заключенным начали выдавать такое количество похлебки и воды, что человек медленно умирал с голода. Побои заключенных стали массовым и обычным явлением. Свидетельница видела, как Крамер лично избивал логами заключенных русских. Бельзен стал вторым Освенцимом.

Допросом Ады Бимко закончилось утреннее заседание суда. После короткого перерыва суд в полном составе выехал в Бельзенский лагерь.

// «Известия» № 225 (8835) от 23.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Бельзенский процесс
Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бельзене
ЛЮНЕБУРГ, 22 сентября. (ТАСС). Пятый день процесса начался допросом АдЫ Бимко — свидетельницы обвинения, бывшей заключенной Бельзенского лагеря. Ада Бнмкс — врач, польская гражданка. Эсэсовцы арестовали её 4 августа 1943 г. и вместе с 25 тысячами евреев отправили в Освенцим.

На вокзале в Освенциме, рассказывает Ада Бимко, женщин с детьми сразу посадили в грузовые машины и отправили в газовые камеры, подавляющее большинство остальных несколько позже также направили в газовые камеры и лишь немногих оставили в бараках. Из 5 тысяч человек, прибывших с Бимко в одном поезде, в газовые камеры было отправлено 4.500 чел., в том числе отец, мать, брат и 6-летний сын Бимко.

Свидетельница показывает, что её оставили работать врачом в лагерной больнице, и она часто наблюдала, как производится сортировка людей. В больнице отбор людей для уничтожения производился следующим образом: больных поднимали с постели и заставляли проходить через комнату, где заседали врачи-эсэсовцы — мужчины и женщины. Слабых сразу отправляли в газовую камеру.

Прокурор спрашивает свидетельницу, кого из врачей, отбиравших заключенных для уничтожения, она знает. Ада Бимко называет имена: д-р Клейн, д-р Рот, д-р Тило, д-р Кениг и д-р Мегель. Тогда председатель суда предлагает свидетельнице опознать среди подсудимых тех, которые «работали» в Освенциме и Бельзене. Ада Бимко медленно проходит вдоль скамьи подсудимых, внимательно всматриваясь в лица преступников, и уверенно называет: Крамер, Клейн, Фольфенрат. Вейнгартнер, Гесслер, Элерт, Грезе, Коппер, Лобауэр, Борман, Отто Вальтер и др.

Свидетельница останавливается Около одного подсудимого, сидящего в первом ряду крайним справа. Это — молодой человек.

На вид ему не более 25 лет. Несколько мгновений он смотрит в лицо Свидетельнице, но не выдерживает и опускает голову Свидетельница молчит. Подсудимый опускает голову еще ниже. Тогда Ада Бимко произносит: я не знаю имени этого подсудимого. Он был шефом кухни женского лагеря в Бельзене. На моих глазах он двумя выстрелами в упор застрелил молодую женщину, которая хотела подобрать очистки брюквы.

Ада Бимко обращает внимание суда на подсудимую Борман. Это старуха, небольшого роста, с бегающими маленькими черными глазами. Она была надсмотрщицей и жестоко истязала заключенных. Жертвы этой старухи поступали в больницу и становились пациентами свидетельницы Бимко.

Ада Бимко показывает, что в Бельзене лагерный режим был тяжелым. Однако значительно хуже он стал после назначения комендантом лагеря Крамера. Крамер прибыл в Бельзен в декабре 1944 г., и с этих пор — заключенных стали выводить в 3 ч. 30 м. утра на проверку, длившуюся 5 часов. Заключенным начали выдавать такое количество похлебки и воды, что человек медленно умирал с голода. Побои заключенных стали массовым и обычным явлением. Свидетельница видела, как Крамер лично избивал ногами заключенных русских. Бельзен стал вторым Освенцимом.

Допросом Ады Бимко закончилось утреннее заседание суда. После короткого перерыва суд в полном составе выехал в Бельзенский лагерь.

ЛЮНЕБУРГ, 23 сентября. (ТАСС). В шестой день суда над палачами из гитлеровского концентрационного лагеря в Бельзене продолжался допрос свидетельницы Бимко.

Защитник Грэнфилд подробно устанавливает, сколько раз избивали свидетельницу, когда она работала в больнице Освенцимского лагеря, кто ее избивал и каким образом. Бимко отвечает: «Били меня три раза: два раза доктор Мегель, третий раз — надзирательница. Во всех трех случаях били по лицу».

Далее защитник выясняет подробности отбора заключенных для отравления газом в Освенциме. Свидетельница заявляет, что в отборе жертв для отравления принимали участие старшая надзирательница Дрехслер, надзирательница Грезе и комендант лагеря Крамер. Женщины, которым было ясно, о чем идет речь, плакали, умоляли, пытались спрятаться. Крамер вталкивал их в грузовики, избивая женщин руками и тогами.

Так ли все это было? — спрашивает защитник, может быть, неправда, что в газовые камеры отправляли из этого лагеря только евреев?

Я не вру, отвечает Бимко. Защитник не должен меня останавливать, он судит обо веем только по показаниям, я же все это видела и перенесла.

Затем Грэнфилд уточняет вчерашние показания Бимко об участии подсудимого доктора Клейна в отправке в газовую камеру четырех тысяч женщин 1 декабря 1943 года.

Защита добивается, чтобы свидетельница Бимко ответила одним словом — «да» или «нет» на вопросы: добровольно ли доктор Клейн выдал в апреле медикаменты для лечения заключенных и были ли распределены среди заключенных посылки Красного Креста.

Свидетельница настойчиво отклоняет такую постановку вопросов, отказываясь отвечать одним словом, и объясняет, что как лекарства, так и посылки Красного Креста были выданы за несколько часов до прихода английских войск.

В последующих вопросах защита ставит под сомнение показания Бимко о том, что Крамер избивал заключенных. Бимко отвечает контрвопросом: я должна спросить защитника, кто при этом присутствовал — я или он?

Остальное время утреннего заседания уходит на уточнение показаний Бимко об убийстве женщины одним из подсудимых.

Затем суд объявил перерыв до понедельника.

// «Известия» № 222 (8832) от 24.09.1945 г.
Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бельзене
ЛЮНЕБУРГ, 27 сентября. (ТАСС). Девятый день люнебургского процесса. Число допрошенных свидетелей перешло за десять. Все свидетели обвинения прошли через концентрационный лагерь в Освенциме. а затем в Бельзене. Их показания мало чем отличаются одно от другого. Однако суд терпеливо выслушивает их.

Перед микрофоном венгерская гражданка Лена Штейн. Ей 21 год. Первое знакомство с концентрационным лагерем у неё произошло, когда ей было 18 лет. Венгерские гитлеровцы арестовали её только потому, что она еврейка. Из Венгрии Лена Штейн была направлена в Освенцим и, как другие жертвы гитлеровского «нового порядка», была доставлена на фабрику смерти.

Трудно сказать что-либо новое об Освенциме после того, что было уже сказано на суде. Свидетельница Лена Штейн приводит, однако, новые факты. Она сообщает много нового об Ирме Грезе. Эта белокурая эсэсовка заставляла больных и даже умирающих люден находиться часами на морозе, пока производилась проверка заключенных. Однажды Ирма Грезе заметила, как разлученные колючей проволокой мать и дочь пытаются поговорить между собой. Эсэсовка так избила старушку плеткой, что ее доставили в больницу полумертвой. Ирма Грезе помогала Крамеру, когда тот грузил на машину сопротивляющихся смертников. Ирма Грезе отбирала людей на смерть, а по убегающим стреляла из пистолета.

Защитник Грэнфилд пытается поставить под сомнение показания Лены Штейн.

— Не находите ли вы, — говорит Грзнфнлд, — что эти показания — плод вашей озлобленности и что они прикрашены? Лена Штейн повторяет: Все. что я показываю, есть сущая правда.

Защитники ставят свидетелям всякого рода вопросы с тем, чтобы сбить их. найти в их показаниях «противоречия».

Так, защитник Грэнфилд задавал такие вопросы свидетельнице Доре Шафран: помнит ли она величину палки, которой ее избивали, какой масти была собака, которую эсэсовка Борман натравливала на заключенных? Шафран ответила, что она не помнит размера палки, но знает, что с первого удара у нее была рассечена рука и она потеряла сознание. Собака же была ростом с фрау Борман. Когда защитник спросил, та ли самая надзирательница сидит на скамье подсудимых, Шафран ответила, что она готова присягнуть еще раз в том, что говорит правду и что Борман она ни с кем другим не спутала. Это так же точно, как то, что Ирма Грезе ходила по лагерю, с кожаной плеткой и пистолетом жесточайшим образом расправлялась с беззащитными женщинами.

Один за другим свидетели, указывая пальцем и называя по именам, изобличают преступников. Но последних это, видимо, мало смущает. Крамер спокойно делает записи, переговаривается со своим защитником, переписывается с ним. Тем же занят и Гесслер.

Свидетель поляк Гриновицкий рассказывает о том, как в Освенциме он лично получил от Крамера 25 ударов, а обвиняемый Вейнгартер так избил брата Гриновицкого, что тот вскоре умер. Трудно пережить издевательства и муки, тяжело вспоминать потери близких и родных. Гриновицкий хочет назвать имя брата и не может. Слезы душат его. В зале тишина ожидания, но мученик Освенцима и Бельзена не может успокоиться.

На этом прерывается заседание девятого дня процесса.

// «Известия» № 229 (8839) от 28.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Бельзенский процесс
Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бельзене
ЛЮНЕБУРГ, 25 сентября. (ТАСС). В первой половине восьмого дня процесса защита выясняла подробности вчерашних показаний свидетельницы Доры Шафран.

Защитник майор Винвуд интересуется вопросом, сколько раз свидетельница наблюдала отбор в газовую камеру в Освенциме. Дора Шафран ответила: отбор производился столько раз, что трудно сказать, сколько — 10, 15 или более раз. Затем она подтвердила, что Крамер, несмотря на свой высокий пост коменданта лагеря, находил время лично упражняться в избиении узников лагеря, в том числе и женщин.

Защитник майор Мунцо особенно подробно подверг разбору показания Доры Шафран о натравливании подсудимой старухой Борман собаки на заключенную в лагере женщину, которая в результате укусов умерла. Защитник задал бесчисленные вопросы: какой масти была собака, к какой национальности принадлежала затравленная собакой женщина, на каком расстоянии от места происшествия находилась свидетельница, когда собака рвала свою жертву, не убежала ли собака из-под надзора Борман, хватала ли собака свою жертву за шею, не защищала ли Борман свою жертву, действительно ли умерла женщина в результате укусов собаки и т. д. Свидетельница обстоятельно отвечает на все вопросы майора Мунцо.

Затем защитник майор Грэнфилд спрашивает о величине палки, которой били в лагере свидетельницу. Дора Шафран отвечает, что размеров палки она не знает, но хорошо помнит ощущение от ударов этой палкой.

Отвечая на другие вопросы, Шафран рассказывает о подсудимой Ирме Г резе. Об этой эсэсовке, сидящей на скамье подсудимых в нежно-голубой кофточке, с завитыми по последней моде белокурыми волосами, свидетельница рассказывает как об одной из самых жестоких надзирательниц Освенцима, а затем Бельзена. Грезе ходила с кожаной плеткой и пистолетом и весьма искусно использовала эти орудия. После одного из отборов в газовую камеру Ирма Грезе застрелила из пистолета двух девушек, пытавшихся бежать через окно.

Крамер внимательно слушает допрос. Он делает пометки в тетради и переговаривается со своим защитником.

Во второй половине дня перед судом прошла еще одна свидетельница — польская гражданка Елена Гаммермерц, 25 лет. Она была студенткой-медичкой, когда немцы вторглись в Польшу, пыталась бежать в Венгрию, но была арестована и заключена в концентрационный лагерь в Освенциме.

Суд снова слышит имена Крамера, Клейна, Гесслера, Менгеля, Грезе, Лобауэр. И те же обвинения — отбор в газовую камеру, убийства. Гаммермерц называет суду новые имена и новые преступления. Надсмотрщик Отто Граф — убийца заключенной Марии Добровской. Гаммермерц видела 5 повешенных девушек.

Когда Красная Армия приближалась к Освенциму, говорит Гаммермерц, концентрационный лагерь начали эвакуировать. Заключенных погнали в морозы и вьюги по зимним дорогам пешком, без обуви и одежды. Отстающих убивали. Коченевшие от мороза люди гибли сотнями в день. Бельзена достигли немногие. Здесь стало ясно, что речь шла о спешном истреблении всех заключенных. Сатрапы Гиммлера уничтожали следы своих преступлений. В каждом бараке Бельзенского лагеря умирало по 80–90 человек в день. К приходу англичан все же осталось в живых несколько десятков тысяч человек. Однако спасти всех было уже невозможно. 13 тысяч умерло от истощения в Бельзене после освобождения.

Допросом Елены Гаммермерц заканчивается восьмой день процесса.

// «Правда» № 231 (10002) от 27.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Бельзенский процесс
Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бельзене
ЛЮНЕБУРГ, 28 сентября. (ТАСС). В начале десятого дня суда над палачами из гитлеровского концлагеря в Бельзене защитник Грэнфилд обратился с просьбой пригласить в суд специалиста по международному праву, профессора Лондонского университета полковника Смита, который может прибыть в Люнебург и выступить на суде через две недели. По мнению Грэнфилда, профессор Смит может дать очень важную консультацию о несоответствии германского права с международным правом, о различии между военными преступниками и участниками войны, а также по другим вопросам. После короткого совещания суд разрешил пригласить профессора Смита для выступления на процессе. Затем суд вернулся к допросу свидетелей.

Первой допрашивается свидетельница Ганка Розенцвейг. Она опознает среди подсудимых Крамера, Клейна, Гесслера, Борман, Грезе и других. Она говорит о роли, которую каждый из них играл в Освенциме и Бельзене. Снова повторяется подробный рассказ об отборе в газовую камеру.

Борман запомнилась всем заключенным своей собакой. Борман наводила на всех заключенных ужас. Иногда с собакой ходила и Грезе. Свидетельница Розенцвейг также была жертвой этой собаки, и сейчас еще на ее теле сохранились рубцы от укусов.

// «Правда» № 233 (10004) от 29.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Бельзенский процесс
Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бельзене
ЛОНДОН, 19 сентября. (ТАСС). Корреспондент агентства Рейтер передает, что в Третий день процесса в Люнебурге продолжался допрос свидетеля генерала Хьюза.

Последний рассказал, что заключенные получали настолько скверную пищу и в та ком мизерном количестве, что смерть от истощения была неизбежной. Хьюз сообщил также, что, прибыв в лагерь, он увидел на теле многих заключенных следы жестоких побоев.

Затем прокурор зачитал показания полковника медицинской службы Джемса Александера Джонсона, который пишет, что условия в лагере были поистине чудовищными. В помещении, рассчитанном на 150 человек, находилось 600 заключенных. Люди массами умирали от истощения, болезней и истязаний.

После этого был допрошен свидетель, капитан английской разведки Деррик Сингтон.

// «Известия» № 222 (8832) от 20.09.1945 г.
Суд над палачами из гитлеровского концлагеря в Бепьзене
ЛЮНЕБУРГ, 29 сентября. (ТАСС). В первой половине 11-го дня процесса заканчивался допрос очередной свидетельницы Зонштейн. Свидетельница рассказала о подсудимом Вейнгартнере, который бил и морил голодом заключенных в Освенциме и Бельзене, о подсудимом Гесслере, который отправлял людей в крематорий, стрелял и вешал и который, в частности, велел повесить 4 девушек, замышлявших подорвать крематорий.

После обеда прокурор полковник Бекхауз вызвал нового свидетеля. Перед судом предстал мужчина лет 45 с утомленным лицом, запавшими глазами. На вопросы прокурора, свидетель ответил, что его зовут Фриц Лео, что он немец по национальности и что г 7 февраля 1944 г. он работал врачом в лагерной больнице.

Появление этого свидетеля вызвало беспокойство на скамьях подсудимых.

Прокурор спрашивает о санитарном состоянии Бельзенского лагеря. Д-р Фриц Лео рассказывает: бараки были в неописуемом состоянии. Грязь и нечистоты нарастали до метра в высоту. Крыша протекала. Стены продувались ветром. В больницу не давали никаких медикаментов.

— Имелся ли в лагерной больнице операционный стол? — спрашивает прокурор.

— Простая деревянная скамейка вместо операционного стола, — отвечает д-р Фриц Лео. — Однако операции делать и не приходилось: не было ни инструментов, ни необходимых медикаментов. Люди умирали от голода и болезней, умирали от огнестрельных ран. Отчаявшиеся пытались убегать. В них стреляли. Заключенных косил туберкулез, дизентерия, тиф. Вши размножались в неисчислимых количествах, и бороться с ними было невозможно — не было ни белья, ни воды. Трупы сначала сжигали в крематории, но пропускная способность печей была столь низкой, что их стали сжигать на кострах. И всё-таки не справлялись. Трупы валялись повсеместно, разлагаясь и распространяя заразу.

Прокурор интересуется, как было поставлено питание заключенных в Бельзенском лагере. Фриц Лео отвечает, что рацион был рассчитан так. что даже здоровый человек должен был погибнуть в течение нескольких недель.

Далее д-р Лео рассказывает, как эсэсовцы расстреляли английского военного моряка Мейера. Этот моряк был тяжело болен гифом и лежал в госпитале. Неожиданно появился лагерный врач СС Хорстман. Он осмотрел Мейера и велел отнести его в комнату блокфюрера. Вечером Мейер был застрелен.

Об утренней перекличке заключенных д-р Лео говорит, как об одном из способов ускорения их гибели. На перекличках умирали от побоев, от стояния на коленях с поднятыми руками. Наконец, не всякий мог выстоять 5–6 часов на холоде под дождем или на морозе. На каждой поверке умирало 10–15 человек.

Рассказ д-ра Лео слушается в полной тишине. Слушатели потрясены и с негодованием смотрят на тех, кто выполнял преступные планы заправил гитлеровской Германии по уничтожению миллионов людей.

Лео сообщил суду о том, что ведомство Гиммлера приказало построить в Бельзене под землей газовые камеры. Выполнить этот приказ помешал полный разгром гитлеровской Германии.

// «Правда» № 234 (10005) от 30.09.1945 г.
ВОЗМЕЗДИЕ /
Европейские /
Бельзенский процесс